Умные мысли:

 

Каждый, у кого нет машины, мечтает её купить; и каждый, у кого есть машина, мечтает её продать. И не делает этого только потому, что, продав, останешься без машины. Человек как никто из живых существ любит создавать себе дополнительные трудности. Именно этим объясняется желание иметь собственный автомобиль.

(к/ф «Берегись автомобиля»)

 

Если мужчина открывает дверь машины жене, значит это или новая машина, или... новая жена

 

Если из отечественной машины перестало капать масло... значит, оно закончилось! )

 

Автомобиль - не роскошь, роскошь - запчасти к нему (Иван Иванюк)

 

Если Вы ехали в машине и вас очень сильно тряхнуло - то это к денежным хлопотам. Чтобы определить точнее, выйдите из машины и посмотрите на бамперы: если погнулся передний - к потере денег, если же погнулся задний - к прибыли!

 

VosAuto © 2008
Privacy Policy | Terms Of Use
Звоните: 8-926-045-00-05

 

Книга 'Города подмосковья':

Mickey Mouse задает вопрос: "Пушкин "Медный всадник" анализ". Alexey Khoroshev поясняет: "«Медный всадник» (1833) был создан спустя пять лет после «Полтавы». За это время взгляд Пушкина на Петра и смысл его деятельности во многом углубился. «В «Полтаве» был один герой — Петр. Другие исторические персонажи — Мазепа, Карл XII — в идейно-эстетическом отношении ему явно проигрывали, что, конечно, входило в задание автора. В «Медном всаднике» уже два героя — Петр и бедный чиновниш Евгений. При всей их несоизмеримости в социально-историческош плане они равноправны в гуманистическом и эстетическом отношениях. С одной стороны, Петр дан в поэме как воплощение величия русской государственности, что находит у Пушкина понимание и поддержку. Отсюда поэтические картины величественногю Петербурга, высокий речевой стиль, сопутствующий образу Петра, прямые авторские высказывания: «Красуйся, град Петров, стой Неколебимо, как Россия…» Однако образ Петра в «Медном всаднике» (в отличие от поэмы «Полтава») дан в диалектическом противоречии. Он «кумир», «державец полумира», но он же и «истукан», который «уздой железной Россию поднял на дыбы». Так оправдывается бунт Евгения, отстаивающего свое право на существование, на человеческое счастье. Еще Валерий Брюсов в статье, специально посвященной «Медному всаднику», очень точно отметил, что в сцене бунта Евгений вырастает, становясь вровень с самим Петром: «Важно то, что малый и ничтожный, тот, кто недавно сознавался смиренно, что «мог бы бог ему прибавить ума», чьи мечты не шли дальше скромного пожелания: «местечко выпрошу», внезапно почувствовал себя равным Медному всаднику, нашел в себе силы и смелость грозить «державцу полумира». Характерны выражения, какими описывает Пушкин состояние Евгения в эту минуту. Торжественность тона, обилие славянизмов (чело, хладный, пламень) показывают, что «черная сила», которой обуян Евгений, заставляет относиться к нему иначе, чем раньше. Это уже не «наш герой», который «живет в Коломне, где-то служит»; это соперник «грозного царя», о котором должно говорить тем же языком, как и о Петре». На чьей же стороне сам поэт — Петра или Евгения? Ответить на этот возрос невозможно. И Петр, и Евгений — каждый по-своему прав и в то же время неправ. «Медный всадник» — образец философской поэмы, ставящей важнейшие проблемы соотношения общего и частного в жизни людей, личности и государства. И даже то, что здесь больше вопросов, чем ответов, пробуждает читательскую мысль, заставляет вновь и вновь обращаться к проблематике пушкинской поэмы, спорить о ней. Споры эти не прекращаются и в наши дни".

< Предыдущая страница Вернуться на главную Следующая страница >